Весной это было. Пел, пел соловей, да вдруг умолк. День не поет, два не поет. Забеспокоились лесные птицы.

- Что с соловьем? Где Соловей? — спрашивают они друг друга.

Разыскали сороку:
- Сорока-белобока, ты весь день с дерева на дерево летаешь, что в лесу делается — все знаешь. Не видала ли ты соловья, почему он не поет?

- Сама удивляюсь, — отвечает сорока. — Не съел ли его филин.

Полетели птицы к филину, вытащили его из дупла.
- Сказывай, лесной разбойник, где соловей?

Испугался филин, дрожит.
- Не знаю, — говорит, — не знаю. И слыхом не слыхал и видом не видал.

Не унимаются птицы:
- Ты по ночам шатаешься, должен знать.

Подскочила сорока, клюнула филина в голову.

- Съел, наверно, лупоглазый, соловья. Говори, а то сейчас разорвем тебя на мелкие кусочки!

Понял филин, что дело плохо. Не одна, не две птицы прилетели к нему, — может, сто, а то и более — по голосам догадался филин (днем-то он ничего не видит, а слышать - то слышит хорошо).

- Не виновен я, дорогие друзья, — взмолился ночной разбойник и показал птицам свое перебитое крыло. — Вот неделю как не вылетаю из дупла.

Поверили птицы филину и полетели дальше. Долго они искали соловья и наконец увидели его. Сидит соловушка на ольховой ветке, нахохлился и голову под крыло спрятал.

Скворцы несут соловья к доктору, рисунок иллюстрация
- Что с тобой, соловушка, что с тобой, соловушка? — забеспокоились птицы. — Почему песен твоих не слышим уж который день?

- Страшное горе приключилось у меня, — еле слышно проговорил соловей, — три дня у меня глаза болели, а на четвертый день я видеть перестал. — Сказал это соловушка и заплакал.

- Что, что? Как, как? — защебетали птицы.

- К доктору, скорей к доктору!

Два скворца осторожно взяли клювами больного соловья за крылышки и полетели с ним в лесную глушь к птичьему доктору. А доктором у птиц глухарь считается — самая древняя и мудрая птица.

Выслушал глухарь рассказ о птичьем горе, надел очки, повел красными бровями сначала в одну сторону, потом в другую и приступил к делу.
Птицы расселись по деревьям, притихли.

Долго осматривал доктор больного, а потом снял очки, погладил соловья по головке своей шершавой лапой, проскрипел:
- Не горюй, дружок, вылечим.

Птицы облегченно вздохнули, радостно захлопали крыльями.

- Кормите, — сказал глухарь птицам, — больного цветами калины да поите росой с заячьей капусты, и болезнь пройдет.

- Спасибо, спасибо, доктор, — защебетали птицы и понесли соловья на калиновый куст.

Птицы делали все так, как велел доктор: кормили соловья цветами калины, поили росой с заячьей капусты.

Через несколько дней у соловья открылся один глаз, а потом и другой.

Обрадовался соловей и так запел, как не пел еще никогда. Его песня звенела на весь лес и веселила и птиц, и зверей, и душу человека.

С тех пор каждую весну, когда соловей возвращается из теплых стран, он садится на куст калины и поет свою первую песню. И осенью, собравшись в дальнюю путь-дорогу, к теплу, соловей снова прилетает к кусту калины, лакомится ее красными ягодами.

Недаром в народе поется:
На калине соловей-птица сидит,
Горьку ягоду калину кушает.

Фарутин Михаил. В лесной избушке. Москва: Советская Россия, 1976. — 32 с.
Рисунки Г. Никольский