Много лет назад, давным-давно, медведи берлог не строили, на зиму спать не ложились. Если поднималась вьюга или мороз становился круче, то медведи залезали в сугробы, отыскивали какие- нибудь ямки. Когда ненастье кончалось, они снова принимались бродить, злые, голодные.

Летом в лесу богато. В ручьях и озерках — рыба. Куда ни повернись — ягоды, орехи. А мёд! Это самое любимое медвежье лакомство — мёд!

Шёл как-то летом по лесу медведь. Шёл да вверх посматривал — не прожужжит ли пчела среди веток. Потому что лесные пчёлы живут в дуплах деревьев, там и мёд хранят.

Но подходящего дупла, как назло, не попадалось. То — высоко, то, пока доберёшься,— пчёлы искусают, то дупло узенькое — в него лапу не просунешь.

Совсем было приуныл медведь, как вдруг услышал: тук-тук, тук-тук, тук-тук.

- Вот кто мне поможет — дятел! —обрадовался медведь.— Он все дупла знает. Он мне покажет, где мёда побольше!

И заспешил туда, откуда стук слышался. Шёл-шёл, выбрался на полянку. Стук рядом где-то, а дятла не видно.

- Куда же он подевался? — рассердился медведь.

И тут увидел, кто стучал: возле самой большой сосны стоял дровосек. В руках у него поблёскивал топор. Тук-тук, тук-тук, тук-тук!

Сосна была такая толстая, такая высокая, что макушка в небо уходила! Дровосек рядом с ней казался тоненькой травинкой.

- Охо-хо-хо! — тихонько засмеялся медведь.— Маленький дровосек и большое дерево! Я и то не смог бы такое дерево сломать!

А дровосек тем временем продолжал стучать топором: тук-тук, тук-тук, тук-тук!

Вдруг большая сосна вздрогнула, заскрипела. Белки, как шишки, посыпались с ветвей — кто куда.

Медведь рубит дерево обухом топора, рисунок иллюстрация
Птицы закричали, заметались. Дерево затрещало и начало падать. Сначала медленно, а потом всё быстрее, быстрее.

Медведь едва успел отскочить в сторону.

Словно гора обвалилась — так ухнула, загудела земля. А дровосек как ни в чём не бывало засунул топор за пояс, отёр шапкой мокрое лицо.

Когда в лесу снова стало тихо, дровосек подошёл к другой сосне. Оглядел её со всех сторон, вынул топор из-за пояса. Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук!

Медведь про мёд забыл. Так и просидел в кустах до заката. Смотрел, как дровосек сосны валит.

Наконец не выдержал, подошёл к дровосеку, спросил грозно:
- Зачем в мой лес пришёл? Зачем лес изводишь?

Дровосек не испугался.
- Хочу дом строить,— сказал он. — Тёплую избу. И ты мне не мешай, а то тебе же худо придётся.

Медведь посмотрел на деревья срубленные, на топор, подумал: «Большая сила у этого маленького дровосека. Лучше с ним не связываться!»

И повернул назад, в чащу лесную.

«Скоро лето уйдет, холода наступят,— думал медведь,— нужно и мне тёплую избу построить. А то бегаю, как заяц, по лесу, мёрзну, то под одним сугробом ночую, то под другим...»

И до того медведю захотелось в тепле зиму прожить, что забыл он про еду, про сон, затосковал: «Без избы мне зимовать нельзя, — думал медведь. — Без топора избу не сладить. Значит, нужно у дровосека отнять топор...»

Выждал медведь ночь безлунную. Подкрался к той полянке, где изба строилась. Дровосек спал в шалаше. Вокруг лежали брёвна, сучья, ветки. Топор торчал в большом бревне.

Медведь тянул его, тянул, пыхтел, раскачал его и вытащил топор из бревна. И побежал изо всех сил.

Бежал и радовался:
- Будет у меня теперь тёплый дом зимой!

Перед самым восходом солнца отдохнуть захотелось. Сел на камень-валун. А как только солнце взошло, медведь принялся топором любоваться. И так его повернёт, и этак. Лопасть топора блестит, сверкает.

— Охо-хо-хо! Хороший у меня топор! Весёлый!

Полюбовался, потешился и стал за дело приниматься.

Долго выбирал — какое дерево срубить? Это — тонко, это — толсто, это — криво, это — сучковато, это — трухляво.

Выбрал деревце на славу. Обнял обеими лапами, потряс — стоит, не шелохнётся. Ударил он топором раз, другой, третий. Даже зарубки на стволе нет.

Бил медведь по дереву изо всех сил. Гудело дерево. Кора летела во все стороны, как брызги. А топор в ствол так и не врубился.

Белки припрыгали, птицы слетелись, зайцы тут как тут, даже лиса явилась — всем любопытно, как медведь избу будет строить.

Лапы у медведя заболели, а толку нет.

- Чего смеётесь?! — грозно прикрикнул медведь на белок.

- Не той стороной топора бьёшь! — пропищала маленькая белочка. — Я видела, как дровосек рубит — острым концом, а не тупым!

- Много вы знаете! — рассердился медведь.— Скачите отсюда, а не то...

И он замахнулся на них топором. Птицы и белки замолкли от испуга. Стало слышно, как вверху шумят, жужжат пчёлы.

- А-а, мёдом запахло! — повел носом медведь.

Посмотрел, прикинул: лезть к дуплу высоко, да и сорваться можно. А если дерево срубить? Тогда и лезть за мёдом не придётся!

И медведь ещё сильнее заколотил топором по стволу. Возле медвежьего носа закружились две пчёлки.

- Чего надобно? — спросил их медведь.

- Что надумал, хозяин, с нашим деревом делать? — прожужжали пчёлы.

- Срубить его хочу. А когда срублю, всему вашему семейству плохо будет. Сами знаете...

- Мы тебе, хозяин лесной, мёда дадим, только нас не губи,— попросили пчёлы.

Медведь лакомится медом, рисунок иллюстрация
- Ладно,— согласился медведь.— Тащите, да побольше.

А сам уселся на траву, облизывается. Пчелиный рой спустил из дупла к медведю соты, наполненные тёмным, густым мёдом.

- Охо-хо-хо! — обрадовался медведь.— Ай да топор! Молодец! Без него мне бы за этим мёдом в-о-он куда лезть бы пришлось!

До того медведь мёда наелся, что вся шкура липкой стала.

Очень ему понравилось топором мёд добывать — ни одна пчела не ужалила, лезть на дерево не надобно, не сорвёшься, не упадёшь. Пошёл медведь другое дерево с пчелиным дуплом искать. Топором по дереву постучал.

Спустились к нему пчёлы, спросили, что надобно.

- Мёд несите,— зарычал медведь,— а не то свалю дерево, изрублю его в мелкую щепу и побросаю в ручей!

Пчёлы улетели. Медведь мёда дождался. Съел его. Лапу облизал. Дальше пошёл.

Совсем обленился медведь. Бродит по лесу, топором по деревьям постукивает, мёд ест:
- Охо-хо-хо! Хорошее дело — топор!

А лето уже кончилось. Птицы улетали в тёплые края. Белки набили до отказа свои кладовые шишками, сушёными грибами, орехами. Пчёлы уже за мёдом не летали, в дупла забились поглубже, заснули.

Сколько теперь медведь по деревьям ни стучал, ни одна пчела к нему не спустилась. А как иначе узнаешь — есть в дупле мёд или нет? Не лазить же по всем деревьям, в которых есть дупла!

Пошли дожди. Закручинился медведь:
- Скоро зима придёт, а у меня изба не готова!

Заспешил, заторопился. Принялся деревья рубить.

День провозился — одно срубил. На другой день — второе свалил. На третий — ещё одно одолел.

Разозлился — медленно работа идёт, так и до холодов не управишься. Стал рубить с плеча ещё сильнее, ещё. Так по дереву дубасить начал, что топор с топорища слетел да по лбу медведя и стукнул. Упал медведь как подкошенный. Лежал, лежал, едва отдышался.

От удара такая шишка выросла, словно все лесные пчёлы сразу укусили медведя в лоб.
- Ты что, драться со мной вздумал? — зарычал медведь на топор. Схватил его и бросил в озеро. Только круги по воде пошли.

«Что же теперь делать? — подумал медведь.— Из трёх сосен избу не построишь. А без топора брёвен не добудешь...»

В лесу совсем пусто стало. Мокро, холодно. Иней выпал утром — земля побелела. На ручьях ледяная корочка появляться стала.

Медведь заскучал:
- Крыльев у меня нет, в тёплые края не улетишь... Норы рыть я не умею... Как быть? Опять зиму бедовать?

Шёл он шёл, да ноги сами его к той полянке понесли, на которой дровосек хотел поселиться.
«Топор я у дровосека унёс,— думал медведь,— значит, избы он не мог построить... А то, что он нарубил, без дела лежит... Вот из его брёвен я себе и построю дом...»

Но на полянке стояла целёхонькая избушка. Над ней курился лёгкий дымок. Медведь глазам не поверил:
- Как же так, без топора?

Подошел поближе. В избе собака залаяла — медвежий дух почуяла.

Вышел дровосек на крыльцо. Спросил:
- Чего тебе?

- Пусти перезимовать,— жалобно попросил медведь.— Холодно в лесу, голодно.

- Перезимовать? — усмехнулся дровосек.— А не ты ли это у меня летом топор унёс?

- Было дело, тоже хотел себе на зиму дом построить... Да топор в озёрце утопил.

- А зачем крал? Попросил бы, я тебя ремеслу обучил. Хорошо, у меня второй топор был. А не то и я остался бы без избы.

- Пусти перезимовать,— заскулил медведь.

- Ты меня без избы хотел оставить,— сказал дровосек.— Нет уж, иди туда, откуда пришёл. И на глаза не попадайся!?

Поплёлся медведь куда глаза глядят. А с неба уже снег падает. Вода от мороза льдом укрывается, земля — снежным одеялом. Полез медведь в пещеру на склоне оврага, а там волки сидят, целая стая, зубы скалят.

Хотел под корягой укрыться — только исцарапался да шкуру пообтрепал. В бурелом забрался — сучья со всех сторон колются.

Заяц в белой шубке пробежал. Белки по ветвям в серых душегрейках разгуливали.

Что делать? Есть нечего. Не глодать же кору с деревьев, как зайцу?

Задумался медведь, шёл, едва ноги волочил, ничего не примечая вокруг, да и провалился в яму. То ли она от большого старого пня осталась, то ли вода весной землю размыла.

Медведь хотел удержаться, лапой за молодую ёлочку ухватился. Елка сломалась и сверху яму с медведем, как крышей, накрыла. Хотел медведь наверх выбраться, когтями землю царапать стал. Но услышал, что в лесу вьюга начинает свистеть.

А в яме тепло. На дне листья осенние лежат — ветром их, видно, нанесло. Тихо, не дует. В лесу метели медвежьи следы занесли, на яму снега накидали — от обычного сугроба медвежью зимовку и не отличишь.

Заснул медведь. Когда ему во сне есть хотелось — лапу сосал, про мёд вспоминал. Так и проспал до самой весны.

Вот с той поры все медведи и забираются на зиму в берлогу.

Медведь-дровосек. Карельские народные сказки. Петрозаводск: Карелия, 1987. — 24 с.
Пересказал Б.А.Привалов.
Художник Т.Д.Васильева.