Вот иду я по лесу, а в кустах возится кто-то. Даже ветки мотаются.

- Эй, кто там в кустах?

А там дед Егор лыко дерёт.

- Здравствуй. Егор, никак лапти плести собрался?

- А что! — смеётся. — Когда-то я знатные лапти плёл. А это так, баловство одно, кузовки для внучат.

- А вересина ободранная тоже твоя работа?

- Ещё чего! — обиделся. — Вересовое лыко разве что на мочалки годно.

Кто же тогда вересину драл? Издали светится, как сухая кость. Ветки в бахроме, как в лохмотьях. Медведь на мочало драл? Так медведь, говорят, век не моется. Заяц на лапти? Есть такая лесенка: «Заяц белый, куда бегал?» — «Лыко драл». — «Куда клал?» Но это только в песенке заяц лыко на лапти дерёт, а так-то заяц весь год босой. Может, лиса из мочала торбу сплести задумала, чтобы ворованных кур таскать? Как там петух-то жаловался: «Несёт меня лиса за тёмные леса». Но, помнится, она не в торбе его несла, а прямо за шиворот.

Ворона и белка готовят гнезда для своих малышей, рисунок иллюстрация
Смех смехом, а вересина-то ободрана! И неведомо кем,  и неизвестно зачем.

Лесные загадки походя не разгадываются. Надо временем и терпением запастись.

Я до весны дотерпел, пришёл и вижу — сидит на вересине ворона. Взгромоздилась, скользит, крыльями машет, клювищем сдирает сухие ленты. Надрала полный клюв — и в сосны. Дед Егор для внучат кузовок плетёт, а ворона гнездо для деток. Гнездо-кузовок у нее на сосне и выстлано мягким лыком.

Прибегала на вересину белка. Коготками и зубками лыко драла. Полный рот натолкала — и в елки. Там у неё бельчата. Спят на мягком рассученном лыке.

Многие в лесу кузовки из лыка плетут. Деткам своим стараются угодить.

...Как дед Егор своим внукам.

Рисунок Н. Чарушина